Матвеев Дмитрий Викторович Кабош и Царь Танк. Интервью с Дмитрием Матвеевым, управляющим директором Группы компаний «Кабош»

Компания ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГРУППА КОМПАНИЙ КАБОШ» зарегистрирована 19.12.2017 г. в городе ВЕЛИКИЕ ЛУКИ.

Краткое наименование: ГРУППА КОМПАНИЙ КАБОШ.

Матвеев Дмитрий Викторович является генеральным директором организации. Учредители компании — Матвеев Дмитрий Викторович, Матвеев Павел Дмитриевич. Среднесписочная численность (ССЧ) работников организации — 79.

В соответствии с данными ЕГРЮЛ, основной вид деятельности компании ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГРУППА КОМПАНИЙ КАБОШ» по ОКВЭД: 70.10.1 Деятельность по управлению финансово-промышленными группами. Общее количество направлений деятельности — 24.

За 2022 год прибыль компании составляет — -11 044 000 ₽, выручка за 2022 год — 250 594 000 ₽. Размер уставного капитала ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГРУППА КОМПАНИЙ КАБОШ» — 10 000,00 ₽. Выручка на начало 2022 года составила 254 463 000 ₽, на конец — 250 594 000 ₽. Себестоимость продаж за 2022 год — 253 281 000 ₽. Валовая прибыль на конец 2022 года — -2 687 000 ₽. Общая сумма поступлений от текущих операций на 2022 год — 355 384 000 ₽.

На 20 июня 2023 организация действует.

Юридический адрес ГРУППА КОМПАНИЙ КАБОШ, выписка ЕГРЮЛ, аналитические данные и бухгалтерская отчетность организации доступны в системе.

DN: Дмитрий, нескромный вопрос: задумывались ли Вы о производстве сырного продукта?

Нет, не задумывались и не будем! Наша миссия  — создание культуры производства и потребления сыров в России. А наш слоган – сыры терпеливого созревания. Такие  сыры  не могут  быть из полуфабрикатов.

Говоря о культуре потребления, мы хотим создавать такие сыры, которые можно есть как на традиционный российский завтрак в виде бутерброда, так и в качестве закуски на обед и ужин. Но надо признать, что сейчас для большинства россиян сыр все же – это  часть бутерброда. Мы же хотим показать и другую сторону.

DN: В каких регионах Вы реализуете продукцию?

Это не только Москва и Ленинградская область, это вся Россия. Мы уже неплохо представлены на Дальнем Востоке, в Хабаровске. Сейчас активно создаем федеральную дистрибуцию.

Хочется особенно отметить торговую сеть «Лента» как хороший пример партнерства! Они реально выстраивают с своими поставщиками хорошие партнерские взаимоотношения. «Лента» понимает, что нужно развиваться вместе, а не по отдельности.

DN: Есть ли у Вас планы на экспорт?

Да, есть такая цель, но  сначала мы хотим выйти на рынки стран бывшего СССР и только потом когда-нибудь в будущем будем готовы выйти в Европу. Но качество для этого должно быть безупречным!

Есть свой нюанс в том, чтобы прийти в Европу с сыром – за этим должна стоять история компании. Бюргер должен понять, почему он, житель Германии, должен купить российский сыр. Поэтому мы хотим, чтобы все было максимально открытым. Сейчас мы работаем над программой QR-кода, когда любой потребитель, наведя камеру своего телефона на продукт в магазине, может узнать о составе, дате изготовления, производителе и т. д.

DN: Как Вы относитесь к конкуренции?

Я не только не против конкуренции, а наоборот за! Но ятсчитаю, что она должна  быть честной, все должны находиться в одинаковых условиях. Государство должно временно взять на себя заботу об отрасли и дать возможность бизнесу встать на ноги. Потом можно открыть все границы — и потребитель сам выберет, что ему ближе.

Что касается Белоруссии, то сегодня мы видим явное доминирование на нашем рынке их продукции, но это не заслуга их производителей. Это заслуга президента, бывшего руководителя колхоза, Лукашенко. Их президент кучу денег вкладывает в сельское хозяйство, которое к слову сказать у них не совсем эффективно! И где тут честная конкуренция? Я против такой конкуренции, потому что заводы в Белоруссии не лучше российских, да и продукция сильно упала по качеству.

DN: Возвращаясь к Вашему письму, для Вас что означает термин «сыропригодное молоко»? Если бы Вам предложили составить новый ГОСТ, каким бы он был?

Естественно, мы бы взяли за основу нынешний ГОСТ. Но некоторые показатели или изменили бы,  или дополнили. Например, снизили бы допустимое количество соматических клеток в высшем сорте молока. Да, этого не сделаешь за месяц! Но я считаю, что в течение полугода можно выйти к показателю не выше 300 000 ОМЧ/КОЕ. Сейчас норма – 400 000 ОМЧ/КОЕ.

Также обязательным показателем было бы минимальное содержание масляно-кислых бактерий и так далее. Мы бы сконцентрировали внимание на показателях, которые влияют именно на качество сыра.

Чтобы думать о здоровье нации, я открыл бы на территории России несколько независимых государственных лабораторий, куда обязал бы раз в десять дней  всех производителей молока и переработчиков сдавать свою продукцию. Тогда все начали бы работать над качеством, и ни у кого не возникало бы вопросов относительно честности анализов. А если будет отличное сырье, то и сыр неминуемо сразу станет лучше!

DN: Правильно ли я понимаю, что мышление фермера о качестве своего молока возможно менять лишь путем создания государственных лабораторий, куда они обязаны были бы сдавать на проверку сырьё?

Путем одних лабораторий сознание не поменяешь. Нужно создать такие условия, которые побуждали бы их задуматься об этом. Да, в текущем регламенте есть технические условия для сыропригодного молока, но никто  не обязан ими пользоваться. А если их например ввести на государственном уровне, то всем придется им соответствовать!

Я бы на месте государства за производство сыропригодного молока платил другую субсидию. Это не убеждение, а мотивация. Считаю, что нет смысла поддерживать и субсидировать тех производителей, которые получают менее 5 тысяч литров в год с коровы. Ведь это убыточно! Нужно поддерживать тех, кто эффективен и производит качественный продукт.

DN: В своем письме Вы предлагаете создать рабочую группу по импортозамещению. Кого в нее следует пригласить?

Если мы говорим именно про сыр, то, конечно, я пригласил бы всех cыроделов. Не «Вимм-Билль-Данн» и «Данон», а «сырников», которые за последние 10 лет показали результаты и хорошую динамику. Эти люди сформулировали бы четкие предложения, которые можно было бы брать за основу и рассматривать. Первые, кто приходит на ум: Hochland, Valio, Ичалки, Киприно, Белебеевский.

DN: А позвали бы Вы тех, кто честно говорит, что производит сырный продукт?

Конечно. Я считаю, что место на полке есть и для такого продукта. Только важно разделить эти  продукты на  полке, и цены ставить соответствующие качеству.

Про отношения с властью и жизнь в регионе

Milknews: Как у вас дела с господдержкой, устраивают ли вас региональные программы?

Milknews: Когда речь заходит о взаимоотношениях бизнеса и власти, нельзя не вспомнить ваш  конфликт с главой города Николаем Козловским. В какой стадии он сейчас находится?

Матвеев: В такой же стадии. Я бы не назвал это конфликтом, это скорее моя попытка как руководителя крупного в городе предприятия заставить власть заниматься тем, чем она должна заниматься. Если конкретно: созданием благоприятных условий для жителей города, в котором мы работаем. Как минимум хорошие дороги, чистые улицы, свет на улицах и развитая инфраструктура города. Чтобы в городе было комфортно жить, чтобы в нём оставалась молодёжь, он должен постоянно развиваться.

Второе, чем должна заниматься власть — это привлечение инвесторов. Наша городская власть не хочет этим заниматься, потому что, к сожалению, человек, который возглавляет наш город, является теневым олигархом. Он рассматривает город как некое акционерное общество, которое он пытается доить.

Когда человек создает такую систему, ему нужна команда, тут не так много вариантов: если ты сам пытаешься где-то воровать, то что ты можешь сказать команде? Ты же не скажешь им: ”А вы не должны воровать, это делать буду только я”. Поэтому он создаёт себе подобных, все эти люди занимаются воровством и лоббируют свои интересы.
Они не думают о том, каким должен быть город. А если уж и их не заботят Великие Луки, то что происходит дальше? Люди, особенно молодежь, уезжают из города, они смотрят в сторону Москвы и Питера.

Меня это очень волнует, я хочу, чтобы люди здесь жили, я и сам здесь живу вместе со своей семьей. Городу 850 лет, он должен развиваться а не загнивать. В этом суть моих претензий.

Я живу в свободной стране и могу говорить то, что думаю. Президент говорит, что надо говорить правду всегда. И в этом отношении для меня Президент более авторитетен, чем человек по фамилии Козловский. У меня нет никаких политических амбиций, я не хочу быть ни мэром города, ни занимать какую-либо государственную должность.

Milknews: Но вы были депутатом.

Матвеев: Я был Депутатом Псковского областного собрания двух созывов с 2002 по 2011 годы, Председатель Комитета по агропромышленной политике и природопользования Псковского областного собрания депутатов с 2007-2011 годы. Но сейчас у меня нет никаких амбиций в политике. Я смотрю на это как человек, которому уже 48 лет, и как руководитель группы компаний, в которой работает полторы тысячи человек. Мне нужно, чтобы люди здесь оставались и хотели жить в городе.

На сегодняшний день средняя зарплата в “Слактисе” — 42 тысячи рублей, люди могут жить на эти деньги. Позавчера у меня была ситуация: я был на ферме, спустился в доильную яму, с техниками по доению пообщаться, что да как. Они предложили сфотографироваться вместе, мы сделали фото и я сказал в шутку: ”Девчонки, на фотографии будете как положено — в купальниках на фоне моря и пальм”. Одна, которая у нас давно работает, говорит: “Не надо, Дмитрий Викторович, нас в купальниках, мы сами хорошо зарабатываем и можем себе позволить съездить на юг”.
Это она говорит мне — собственнику, которому должна говорить, что мало зарабатывает. Я спросил у них, сколько они зарабатывают, мне стало интересно, что они ответят. Ответ был, что в среднем не менее 40 тысяч чистыми, что подтверждает то, что я сказал выше. Поэтому отдыхать ездят в Сочи, в Адлер — сейчас туда съездить дороже, чем в Турцию слетать. И это техники по доению!

Мне на самом деле это приятно, я даже считаю, что они зарабатывают не те деньги, которые хотелось бы, чтобы они зарабатывали. Я честно им говорю, что все идет от дохода компании. Заготовили плохие корма — меньше молока, меньше молока — меньше денег. Вы уже были на ферме, наверное, видели их веселые лица, довольные жизнью, но так не везде. Во многих деревнях, в которых многие тоже пытались заниматься сельским хозяйством, другая ситуация: управляющие гордятся тем, что платят зарплату по 7-8 тысяч рублей и говорят, что больше не могут. Я считаю, что могут, просто руководители этих предприятий занимаются своей работой спустя рукава.

Я не хочу быть политиком, я хочу, чтобы люди, которые у меня работают, ходили по нормальным улицам, когда едут на работу, чтобы они ездили в общественном транспорте, а у нас вообще нет муниципального транспорта. Я хочу, чтобы горожане хотели прогуляться по светлому городу — мы живём в третьей световой зоне, 9 месяцев в году люди выходят на работу, когда еще темно, а возвращаются, когда уже темно. Если света на улицах нет, в каком состоянии они приходят домой? Вечерами улицы пустые, потому что темно.

Скажет завтра Козловский: ”Я поменялся, сделаю чистые улицы и свет”. Скажу ему: ”Правь дальше”.

Milknews: Я понимаю ваши претензии к городской власти, но вам не кажется, что проще в такой ситуации взять и самому построить там дорогу?

Мы за то, чтобы не поставляли в детские сады маститное молоко с антибиотиками с фермы Козловского. Дети пьют это молоко, оно им не нравится, они перестают пить молоко. Ребенок теряет кальций, не растёт — потом мы смотрим, а у детей одни рахиты. Я на это вот так смотрю, а он смотрит через призму денег.

Власть должна заниматься тем, чем должна. Не хочешь? Уйди. Придут другие.

Про селекцию, генетику и роботов

Milknews: Вы сейчас закупаете импортное семя для развития генетики у себя в хозяйствах. Планируете ли в какой-то момент покупать российское, и есть ли вообще потенциал у нашей генетики и селекции?

Матвеев: В ближайшее время мы будем закупать семя только иностранное. Мы чётко понимаем, каких животных мы хотим иметь, чего от них хотим получить. Когда мы покупаем американское семя, мы точно знаем, какое у быков было потомство и достаточно точно предположить какое будет потомство, мы можем доверять этим цифрам. У нас есть показатели, по которым мы решаем, подходит бык или нет. Как только в России появится альтернатива, мы будем покупать в России, без вопросов.

Когда едете по деревням, посмотрите, какие коровы ходят: небольшого размера, некозистые. Почнему они такие? Не потому, что их не кормят, они генетически такие. Как правило, в личных подсобных хозяйствах осеменение идёт одним быком осеменителем – имбридинг. Мы покупаем семя за границей потому, что мы можем доверять той генетике и тем показателям, которые они декларируют. В России пока такого нет.

Milknews: СОЮЗМОЛОКО разработал программу развития молочного животноводства, предложив начать с идентификации скота, а затем браться за селекцию и генетику. Как вы считаете, есть ли будущее у программы?

Матвеев: Это правильно, так и должно быть. Генетикой нужно заниматься на государственном уровне, а не на частном, все животные должны быть зарегистрированы. В Америке даже когда привозят скот на мясокомбинат, животное не примут, если по нему не будет никаких данных. На каждое животное должна быть электронная карточка, по которой видно происходжение, история здоровья, данные по родословной, по питанию. За этим будущее. У нас у каждой бурёнки есть свой электронный паспорт, в который каждый день заносятся те или иные данные, которые мы анализируем.

Milknews: Говоря о будущем: не хотите ли роботизировать ваше производство? Например, установить доильные аппараты?

Матвеев: На самом деле у нас и так всё роботизировано, просто для вас роботизировано — это когда человека нет. Поймите — я завтра могу построить роботизированную ферму, если захочу. Но дело в том, что роботы были изобретены изначально для небольших ферм в Европе. Один робот может обслуживать не более 70 голов — это средняя ферма в Европе. Роботов там устанавливают, потому что не имеет смысла держать людей для доения небольшого поголовья — это дорогое удовольствие. Поставить робота на фермах, которые мы хотим построить, это пока что утопия. Но за этим будущее. Мы думаем о таком зале, но инвестиций в него потребуется более чем в 8-10 раз, чем в обычный.

Про дискредитацию отрасли

Milknews: Вам не кажется, что есть проблемы с тем, что молочная категория освещается в СМИ с с негативным контекстом?

Матвеев: Это и есть основная проблема. К сожалению, наши политики пока что не хотят популяризировать такой продукт, как молоко. Хочу сказать, что с негативом отношусь к тому, что делает Беларусь, но с завистью смотрю на их президента. Человека, для которого молоко — образ мышления и жизни. Должна быть государственная программа по популяризации молока и молочных продуктов. Надо стимулировать известных людей популяризировать этот продукт, чтобы они показывали, как они пьют молоко. Думали о здоровье нации, а не пиво рекламировали.

Milknews: Кто, по вашему мнению, занимается дискредитацией, кому это может быть выгодно и почему?

Матвеев: Я уверен, что занимаются компании, которые производят безалкогольные газированные напитки и пиво. Если примерно 50% в потреблении напитков это вода, чай, кофе, то все остальное это молочные, слабоалкогольные и алкогольные продукты. Таким образом, в нашем желудке, грубо говоря, молочные продукты занимают примерно 15%. Борьба идёт за то, чтобы отобрать эту долю, конкуренты заинтересованы в том, чтобы люди больше пили газировку и пиво. У них есть серьезное подспорье — что вы пьете, когда вам жарко? Вы пьёте холодное пиво, лимонад, воду или чай, вы не пьёте молоко, в этом и заключается  основная проблема. Этим вопросом должно государство заниматься.

Milknews: Вы сталкивались с проверяющими организациями, которые от имени потребителя проверяют продукцию и публикуют сомнительные результаты?

Матвеев: У меня нет ни одного килограмма растительного жира и пальмового масла на предприятии. Все наши сыры 100% натуральные из собственного сыропригодного молока. Мы контролируем процесс качества от поля до магазина. В сыроделии мы используем традиции и опыт европейских стран, у нас работают технологи-сыроделы из Италии, Франции. Как это нас может коснуться? Про нас можно сказать только что-то в отношении самого вкуса, потому что вкусы у всех разные, но не качества.

С 2000-Х ГОДОВ

DN:  Почему в начале 2000-х Вы решили приобрести «Великолукский молочный завод»?

В начале 2000-х я стал собственником «Локнянского  маслосырзавода». У меня была компания, которая занималась поставкой сельскохозяйственного оборудования для хозяйств и колхозов, и мне в счет долгов передали акции этого предприятия. Но я быстро понял, что его нельзя было назвать заводом, т.к. это было еще советское предприятие, которое к тому времени уже легче было снести, чем модернизировать. Мы начали работать, но инвестировать было бессмысленно. И уже тогда я задумался о покупке «Великолукского молкомбината». Покупал я его у питерских собственников, которые его к тому моменту почти довели до состояния банкротства

Когда я купил «Великолукский молочный комбинат», он практически стоял: перерабатывалось около 10 тонн молока в сутки при мощности  более чем  в 200 тонн.

DN: Как появилась группа компаний КАБОШ?

После приобретения комбината я решил заняться сыроделием глубоко, поехал в Европу и увидел сыродельные предприятия, на которые меня открыто пускали со словами: «Можете смотреть! Все равно не повторите!».

Европейцы считают, что у нас нет сырья и что Россия — не та страна, где может быть произведен хороший сыр. С сырьем, действительно, существует проблема! Компании-поставщики ингредиентов и заквасок удивляются: в Европе производители просят закваски, чтобы сделать хороший сыр, а в России — чтобы сделать хорошее молоко! Ввиду того, что на рынке дефицит сырья, мало фермеров стремятся к производству качественного молока. Но надо признать, что проблема не только в производителях молока, но и в сыроделах. Ведь имено они и должны  предъявлять определенные требования к молоку.

Мы недавно направили открытое письмо министру сельского хозяйства РФ, и это  первая попытка обозначить: чтобы делать хороший сыр, нужно хорошее молоко.

Возвращаясь к началу истории, после посещений европейских предприятий я понял, что нужно двигаться в двух направлениях. Одно – работа с оборудованием для переработки , второе – работа с поставщиками сырья, с фермерами.

Мы активно изучали вопрос сырья и привлекли компанию «ДеЛаваль». Затем организовали поездку в Швецию для руководителей хозяйств, где посещали крупные фермы. Я внимательно следил за участниками поездки: некоторые активно и с интересом посещали предприятия, а некоторые курили в сторонке, обсуждая, что на этих предприятиях все  не так. Как говорится: «В чужом глазу соринку видим, а в своем бревна не замечаем». Но самое интересное было в финальной части нашего путешествия!

Серьезно мы подошли к данному вопросу в 2007 году, когда был запущен национальный проект по развитию АПК. Мы начали покупать хозяйства, построили 4 собственные мега-фермы, серьзно  занялись производством молока. В 2010-м инвестировали средства в переработку. В результате в 2015-м появилась Группа Компаний «Кабош», в которой у каждого четко обозначены свои обязанности и роли.

Группа  компаний «КАБОШ» объединяет в себе компании, которые прямым образом причастны к производству сыра: «Зеленая лига» занимается производством кормов, «Слактис» — производством молока, «Великолукский молочный комбинат» — переработкой молока и производством сыра. Все эти компании независимы друг от друга.

Про привлечение кадров

Milknews: Вы начали внедрять систему KPI на производстве, она даёт свои плоды?

Матвеев: Конечно, но она пока ещё не идеальна и находится в разработке. Этому никто не рад, ведь все хотят делать вид, что они работают, и получать свои зарплаты.

Milknews: У вас работают в основном местные?

Матвеев: У нас много приезжих. Есть сотрудники из Украины, Красноярска, Новосибирска, Белгорода, Москвы, Санкт-Петербурга, со всей России.

Milknews: Как вы привлекаете людей из других регионов?

Матвеев: У человека есть две мотивации — интерес и деньги. Мы объясняем, почему работа будет интересной, и даем нормальную зарплату. Но в команду не нужны люди, для которых на первом месте деньги. Нам нужны те, для которых на первом месте личностный рост и только потом деньги. Допустим, вы сделали плохой сыр, вы кому плохо сделали? В первую очередь, тем людям, которые привезли молоко. Вы работаете на сырзаводе с 8 до 17 в тепле, а они в 4 утра встают и идут на первую дойку в любую погоду. Я не дам испохабить работу этих людей. Мои сотрудники это понимают.

Даже уборщица должна приносить пользу. Если она плохо убирает, то вы дышите грязью и плохо себя чувствуете. Не надо сюда приходить грязь мутить, у нас здесь компания “Кабош”, у которой миссия — создание культуры производства и потребления сыра в России. Все должны этому соответствовать.

На селе средняя заработная плата примерно 12 000 рублей, а у нас на фермах 42 000. И я считаю, что они должны получать больше. Я хочу, чтобы они получали столько, чтобы зубы сводило от желания работать. Поэтому сегодня “Кабош” — успешная компания, которая твёрдо стоит на ногах.

Про отношения с сетями

Milknews: Вы работаете со многими крупными сетями: и федеральными, и региональными. Как по-вашему: изменилось ли что-то с поправками в закон о торговле по прошествии года?

Матвеев: Что-то, конечно, изменилось в отношении бонусов сетей, они стали более завуалировано эти деньги брать. Глобально ничего не поменялось. Наша основная проблема в работе с сетями — это их уровень наценки. Вчера я говорил с одной сетью — они хотят ввести наш продукт, но с наценкой в 45%. Я против такого подхода. Они хотят больше продавать сыра, а с другой стороны хотят иметь наценку 45 %. Кстати, это в большей мере, как ни парадоксально, касается сетей эконом-класса.

Нам очень комфортно работать с “Лентой”. Они выставили не все наши сыры, но они делают нормальные наценки: в зависимости от сыра от 22-35%. Это нормальный диапазон, они тоже должны зарабатывать. Мы постоянно с ними с ними разговариваем и находим взаимопонимание. Дискаунтеры, как правило, говорят:”Наценки вас не касаются, давайте продукт.”

Milknews: Коснется ли вас новая инициатива по запрету возвратов продуктов с истекшим сроком годности? Что в целом думаете про нее?

Матвеев: У нас нет возвратов, и новая инициатива Ирины Яровой нас не коснется, но вообще то, чем занимается Яровая, я не поддерживаю. Сети, конечно, это монстры, но они тоже должны развиваться, а в этой ситуации пытаются назначить крайнего: сеть виновата. Нельзя этого делать, все должны иметь возможность зарабатывать, но другими методами.

На месте государства я бы заставил сети писать ту наценку, которую они делают, это бы здорово стимулировало потребителя. Покупатель приходит в магазин, смотрит на цену и видит, что там наценка в 50% на сыр. Что он сделает? Уйдет в другую сеть и пожалуется куда-нибудь. Нужно переложить ответственность на ритейл в том числе, а не запрещать возвраты. Вопрос возвратов должен решаться спокойно — в диалоге между поставщиком и сетью. Если бы нам сеть сказала — ”давайте мы всю вашу продукцию поставим, но с условием возвратов”, мы бы реально вступили в диалог с сетью, разговаривали бы об их наценке, условиях работы. Мы бы не стали отказываться от работы с ними. Начали бы искать компромиссы.

Milknews: Ваша продукция участвует в промо?

Матвеев: Мы всё делаем для того, чтобы промо было как можно меньше. Например, сыр Ламбер — что о нем сети говорят? Что он продаётся только в промо, потому что потребителя приучили. Мы не хотим себе такой репутации, поэтому мы думаем о других стимулирующих шагах, чтобы нашу продукцию покупали. Допустим: за покупку двух разных сыров от “Кабош” третий вы можете получить в подарок. Это стимулирует людей попробовать разные сорта наших сыров. Но бывает и такое, когда невозможно отказать сетям, и приходится участвовать.

Про пастеризацию сырья для сыров

Milknews: Как вы относитесь к фермерскому сыроделию, например сыроварня Олега Сироты?

Матвеев: Фермерские проекты должны появляться, и у них есть будущее. Но я считаю, что государтство должно контролировать качество фермерских продуктов. Сейчас их, как правило, никто не контролирует.

Milknews: Хотелось бы обсудить вашу инициативу о том, что необходимо разрешить производить сыры из непастеризованного молока. В некоторых регионах процент больных лейкозов коров может доходить до 30, сырое молоко крайне небезопасно.

Матвеев: Лейкозныее коровы в основном находится в частном секторе, в ЛПХ, их никто не проверяет. Спросите меня: куплю ли я когда-нибудь хоть килограмм продукции из ЛПХ на колхозном рынке? Никогда!

Когда вам разрешают продавать молочную продукцию мимо кассы, мимо магазина, почему у вас лейкозных коров не будет? Государство должно честно сказать о том, что фермерство это иногда больно, а не заигрывать с фермерами.
Нужно создать по стране сеть независимых государственных лабораторий и обязать производителей молока сдавать туда пробы раз в 10 дней. Таким способом государство сможет увидеть реальную ситуацию. Такая система работает в Германии. Вы сдаёте молоко, оно с нарушениями, первый раз вас предупреждают, второй раз штрафуют, а третий раз закрывают. Никто не либеральничает, при этом никто не может сказать, то они не любят своих фермеров.

Milknews: Не думаете, что если ввести такую систему, то мы потеряем даже тот объём сырого молока, который есть сейчас? Мы даже при нынешних объемах не можем достигнуть самообеспечения.

Матвеев: Ничего мы на самом деле не потеряем. Во-первых, это легко может замениться импортом, просто надо следить, чтобы поставлялись молочные продукты, а не их подобие. Во-вторых, надо принять четкую государственную программу по развитию молочного животноводства минимум на 15 лет, которая бы четко зафиксировала сегодняшние показатели производства молока и обозначила бы задачу — показатели к которым необходимо прийти через 15 лет. И Президент будет видеть как каждый министр работает в  этом направлении.

КАПИТАН НА БОРТУ

DN: Не так часто собственник является генеральным директором. Расскажите, что повлияло на Ваше решение?

У нас были совсем нелегкие времена во взаимоотношениях с банками и вообще в экономике. Я считаю, что если дело плохо, то всегда виноват собственник или генеральный директор, и в таком случае капитан должен быть всегда на борту корабля.

Также я понимал, что у нас есть  определенная стратегия. И я тот человек, который должен был разрулить ту непростую ситуацию и придать новый  импульс, вкачать дополнительную энергию нашему кораблю. Поэтому я являюсь собственником не номинальным, а управляющим!

DN: Каким для Вас был 2017 год?

2017 – год шлифования и затачивания производства сыра и молока. Год, когда мы подошли в плане производства к чему-то серьезному, но была необходима стабилизация. Да, конечно, на фоне остальных у нас все хорошо, но на фоне европейских практик – нам есть над чем работать. Как гласит наш девиз: Наши клиенты всегда нами довольны, потому что мы всегда собой недовольны».

Мы еще не все осуществили в области автоматизации: внедрены многие бизнес-процессы,  но еще многое предстоит довести до ума. До конца 2018 года мы будем полностью автоматизированными!

DN: Вы ввели Меркурий на своем предприятии?

Да, у нас все работает. Мы категорически «за» этот проект и за развитие этой системы!

Есть глобальная идея- потребитель должен понимать, что он покупает: сыр или сырный продукт. Для нас важно здоровье покупателей, здоровье нации. Мы за то, чтобы вся система была открыта.

DN: Что Вас вдохновляет на рабочие подвиги?

В Минсельхозе руководитель одного из департаментов спросил меня, какое военное училище я заканчивал. И он сразу предположил, что танковое: «Прете, как танк», — говорит. Мне неинтересны простые проблемы, мне интересны задачи, которые «взрывают» мой мозг. Я всем своим сотрудникам повторяю, что мы не должны быть «хорошими», мы должны быть «лучшими»! Взяв нашу упаковку сыра, вы не должны знать, сколько слез за ней проливается. Мы не равняемся на середнячков, мы равняемся на лучших! И делать хотим не сыр, а шедевры!

Материал подготовлен при партнерстве с компанией Kieselmann

Про молочный рынок и падение потребления

Milknews: Какая у вас по региону цена на молоко?

Матвеев: К сожалению, мы производим 40% молока всей Псковской области. Я не рад этому. Когда у нас средняя цена на молоко 28 рублей, а у всех остальных 19-20 рублей, средняя получается 25.

Сегодня надо признать, что молочное животноводство в стране находится в депрессивном состоянии. У государства должна быть четкая государственная программа по развитию молочного животноводства, сроком на 15-20 лет. При этом я считаю, что, если государство берет на себя обязательства по процентной ставке, то частный бизнес тоже должен брать на себя обязательство по объёмам надоя. Должны быть четко прописаны государством условия, например, ”мы будем давать вам деньги только в том случае, если надои будут не менее 7000 литров на корову в первые годы, и 8000 литров на корову в последующие годы”. Если этого не делать, в отрасли будет появляться большое количество посторонних людей, которые будут планировать жить на субсидии. 50% проектов в области молочного животноводства разоряются, поэтому сегодня в банках эта отрасль считается депрессивной. Если не поддерживать заранее убыточные предприятия, это снизит процент желающих приходить в отрасль исключительно за получением субсидий. Это всё безусловно влияет на отношение банков к отрасли в целом.

Молочное животноводство — это отрасль, в которой нельзя самому не работать, это не торговый центр в аренду сдавать. А люди как поступают: взяли деньги и сразу наняли тех, кто будет работать на них. Они всегда будут убыточны, а государство их жалеет. Что жалеть? Если ты фермер, то сам должен работать, а не покупать себе мерседес и смотреть на то, как работает твой сосед!

Milknews: Сколько лет потребовалось, чтобы ваше предприятие начало окупаться?

Матвеев: Могу сказать, что это не год, не два или три. Молочное животноводство — это длинный путь, это тебе не зерно вырастить. Окупаемость не менее 12-13 лет. За 8 лет вы можете окупиться при крайне благоприятном стечении обстоятельств, например, хорошая цена на молоко.

Milknews: Вы говорили, что к 2022 году хотите занять до 10% рынка российских натуральных сыров. Как вы вообще оцениваете текущие успехи импортозамещения в стране и то,  в каком состоянии сейчас находится молочный рынок?

Матвеев: Я считаю, что за эти четыре года, которые мы живем в состоянии импортозамещения, в сыроделии мы деградировали.

Milknews: Вы называли прошлый год годом разочарования в сырах для потребителей.

Матвеев: Да. За 2017 год более 30% населения РФ разочаровалось в таком продукте, как сыры. Я вам могу сказать, что перед вами сидит человек, который стал жертвой санкций, потому что я из своего рациона исключил один продукт, который раньше потреблял по упаковке в день — это зерненый творог. Сейчас мне не найти схожего по качеству продукта. Я говорю про качественный творог, про cottage cheese. В российском понимании зерненый творог это творог, который заливают сливками. Cottage cheese — это по сути сыр, для которого нужно очень высококачественное сырье, он должен делаться на правильном оборудовании и по правильной технологии, очень бережными руками.

Все сети сейчас сетуют о том, что категория сыров падает, это потому, что более 50% сыров, которые лежат на полках, это не сыры.

Milknews: Это сырный продукт?

Матвеев: Это не просто сырный продукт, а это имитация сырного продукта.

Milknews: Есть еще определение “сыроподобный”.

Матвеев: Сыроподобный, да. Я даже слов не могу подобрать, что это. Это определённое нечто, я бы сказал, оконная замазка. Естественно, что покупая ее пару раз люди отказываются от этого продукта.

Milknews: Есть же ещё вопрос падения доходов населения. Как увеличивать потребление сыров, если люди не могут себе его позволить?

Матвеев: Это все ерунда и сказки венского леса. Доходы упали, но вы что, меньше есть что ли стали? Это как в анекдоте, когда Горбачёв ввёл сухой закон и водка подорожала, сын пришел домой и спросил отца:”Ты теперь будешь меньше пить?” “Нет, сынок, ты теперь будешь меньше кушать.” Так и здесь, никто меньше есть не стал.

Milknews: Меньше не стали, но стали покупать более дешевые продукты.

Матвеев: Кто такое на самом деле сказал? Люди привыкли себя баловать. Сыр это продукт, который на столах всегда присутствует. Нет такого, что раньше вы ели 100 грамм в день, а тут вы стали есть 50. Даже если доходы упали, люди себя ограничивают в других продуктах. Икру раньше покупали, сейчас не покупают — или покупают не один раз в месяц, а один раз в три месяца.

Но сыр — это продукт ежедневный, суть в том, что упало его потребление. Пришло всеобщее разочарование, об этом можно судить даже по Фейсбуку. Люди пишут, что отказались от сыра, потому что не могут купить хороший.

Знаете, если бы вы завтра мне написали: ”Я купил ваш сыр, он не качественный, испорчен или плесневелый”, к вам бы в течение трех дней приехали бы люди, которые забрали бы упаковку с этим сыром. Мы бы провели производственное расследование, чтобы разобраться на каком этапе произошел сбой. У нас на складых в обязательном порядке хранятся образцы каждой партии всех сортов сыра. Мы сравниваем сыр, который получили от потребителя с сыром из упаковки, которая хранится в нормальных условиях при нормальной температуре. Чаще всего получается, что проблема на самом деле не в нашем сыре, а в сети и условиях хранения. В любом случае, мы извинимся перед вами и дадим новый.

Я действительно считаю, что и у нас могут быть проблемы, мы в день делаем по 25 тонн сыра. Кроме того, мы новая компания, у нас нет годами устоявшихся протоколов и вековых традиций. Не нужно закрывать глаза, если у нас есть проблема, давайте будем разбираться с ней.

Milknews: Что вы думаете по поводу возможного возвращения готовой молочной продукции в ФГИС “Меркурий”?

Матвеев: Я категорически за “Меркурий”. Основная идея — контроль выпускаемой продукции и входящего сырья — да, программа сырая, но идея в основе — правильная. Поэтому я категорически за, я был расстроен тем, что её отменили.
Мы были готовы к работе в системе, и я считаю, что отмена связана со страхом чиновников. Потому что, тогда все бы увидели, что они вводят в заблуждение президента и премьера. Все разговоры о затратах — чепуха. Да, какие-то минимальные вложения все-же требуются, но они несущественны.

Посмотрите, кто громче всех кричал против Меркурия — это крупные компании. Они №1 в использовании сухого молока в производстве своих продуктов, для меня применение сухого молока в производстве — это тоже фальсификат. На мой взгляд, не должен натуральный молочный продукт так называться, если там сухое молоко. Я хочу, чтобы вы поняли: я не выступаю против таких продуктов, я выступаю за разделение этих продуктов на полке в магазине. Давайте слева поставим сыр за 700 рублей, а справа сыроподобный продукт за 300. Покупатель будет голосовать рублем, и я уверен, что продажи сыроподобного продукта будут ничтожно малы.

Более того —  я вообще выступаю за введение уголовной ответственности, как для производителя, так и для сетей, потому что именно сети первые стимулируют своей политикой, чтобы на полки поставлялся некачественный продукт. Необходимо ввести гигантские штрафы, не в 300 000р, как сейчас, а в десятки миллионов — и проблема решится. Естественно, все будут возмущены такими штрафами начнут возмущаться: ”Как же так?!” Так вы не бадяжьте и не будете платить штрафы. Или хотя бы напишите об этом честно.

Про молочные союзы

Milknews: Правительство выступило с инициативой объединить молочные союзы, чтобы слышать только один голос. Это правильное решение?

Матвеев: Я считаю, что нужно создать три союза — производителей молока, переработчиков цельномолочной продукции и отдельно сыроделов. Так как у всех совершенно разные проблемы и задачи. Один союз будет представлять среднюю температуру по больнице. Поэтому союзов должно быть несколько.

Milknews: И тем не менее вы член Союзмолоко.

Матвеев: Да, его член, потому что я от этого союза вижу определённую пользу. Но я считаю, что правильно было бы разделить союзы. Если это произойдет, то вступлю в два союза — как производитель и как сыродел.

Milknews: Какие три совета вы можете дать начинающим инвесторам в молочную отрасль?

Про экспортный потенциал и белорусскую продукцию

Milknews: Недавно Министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев представил новый проект по экспорту мяса и молочной продукции. Возможен ли сейчас экспорт российской продукции, на ваш взгляд?

Матвеев: Я не верю в то, что мы можем поставлять молочные продукты в больших количествах, особенно в Европу. В Европе с нашей молочной продукцией нас никто не ждет, у нас нет имиджа молочной державы. Чтобы серьезно там присутствовать государство должно помогать бизнесу туда выходить. Сейчас, может быть, можно говорить об экспорте в Армению, Азербайджан, Казахстан, Китай.

Я бы вообще полностью пересмотрел нашу статистику. Как можно объединять мясо и молоко в один показатель – индекс животноводства? Животноводство делится на молочное и мясное. Статистика должна быть разделена.

Milknews: Планируете что-то сами экспортировать?

Матвеев: Мы пока ничего не экспортируем, но думаем об этой возможности наших сыров в те страны, которые я уже назвал. Мы видим запрос от них, но пока, что серьезно этим не занимаемся.

Milknews: Вы поначалу сами закупали молоко у других производителей. Пробовали возить из Белоруссии?

Матвеев: В Белоруссии вообще нельзя закупать молоко, молоко там по качеству хуже, чем  в России.

Milknews: Вы чувствуете конкуренцию с ними?

Матвеев: Конечно чувствуем. Белоруссия негативно влияет на весь рынок, потому что мы находимся в неравных условиях с ними. В Белоруссии молочная отрасль полностью дотируемая, ориентированная только на российский рынок, при этом качество их продукции низкое, как и в России. Я не считаю, что нужно запрещать поставки белорусских товаров в Россию. Просто нужно поставить нас с белорусами в одинаковые экономические условия. Если там на литр молока дают 3 рубля или компенсируют 15-20% от покупки техники, пусть у нас будет то же самое.

Про бизнес и планы на будущее

Milknews: Как вы решили прийти в молочный бизнес? Интернет пишет, что до должности генерального директора вы работали кровельщиком здесь, в Великих Луках. Где вы брали первоначальный капитал?

Матвеев: Я не боюсь говорить о том, что когда-то я был обыкновенным кровельщиком, мы все вышли из Советского Союза. Когда я закончил военную службу, пошел работать кровельщиком, а потом, начал заниматься собственным бизнесом. Чем все занимались в 90-е годы? Все занимались куплей-продажей.

Капитал брал в банке, как и большинство людей того времени. Я всегда тяготел к производству и понимал, что происходящее в 90 годы — мягко говоря, бардак. А бардак не может продолжаться вечно — людям хочется есть, одеваться, обуваться, ездить на машине. Поэтому я понимал, что будущее за производством. Можно сказать, что я к этому целенаправленно шёл, пробовал себя в разных отраслях, даже в пошиве костюмов и, кстати говоря, был в этом весьма успешен. В 1996-1997 году в стране не было денег, все что-то меняли. Я был небольшим акционером Великолукского завода электротехнического фарфора и занимался сбытом электротехнических изоляторов, они нужны были энергосистемам. Энергосистемам тоже никто не платил за электроэнергию, все брали бартером. Так я случайно оказался связан с колхозами, которым тоже нужны были аккумуляторы и шины, и в конечном итоге пришёл в сельское хозяйство.

Milknews: Изначально предприятие занималось не только сырами, были и другие категории?

Матвеев: Да, когда я приобрел это предприятие, оно производило традиционные молочные продукты: кефир, молоко, сметану и параллельно с ними сыры. Основная часть оборудования была 1970-1980-ых годов. Сыродельное оборудование было венгерским, патент на его изготовление Венгрия купила у Западной Германии в 1950-ых годах — т.е. оборудование было морально устаревшим почти на 50 лет.
До покупки этого комбината у меня был небольшой завод, который производил сыры, но я чётко понимал, что в него бесполезно инвестировать деньги, он был очень старым. Проще было его снести.

Решение сфокусироваться на сырах пришло в 2005-2006 годах. На тот момент уже приобрел это предприятие и поехал в Европу: смотреть, как устроен бизнес. Первым делом я увидел серьезную разницу в качестве продуктов, особенно она чувствовалась в сегменте сыров. Тогда я не так глубоко был погружен в проблематику, но мне захотелось этим заниматься. Я сразу выделил два основных момента, лежащих на поверхности:
1. Отсутствие необходимого сырья для производства высококачественных сыров.
2. Отсутствие культуры производства сыров в России. У нас не было и нет такого опыта и истории, как у европейских стран.
Все сыры в России тогда и сейчас производятся в плёнке. Это наследие СССР, когда не стояло задачи делать хорошие сыры — была задача накормить народ. В СССР всё молоко было с колхозов, никто не думал о его качестве, и никто не бегал в поисках лучшей цены, потому что она везде была одинаковой.

В 2000-х годах я понял, что рынок сыров — серьезная ниша, поскольку на тот момент 50% сыров мы импортировали. Я посмотрел на те продукты, которые мы выпускали: молоко, кефир, сметану, и понял, что в них конкуренция очень большая — любой завод сейчас производит эти продукты.

С низкомаржинальным продуктом невозможно выстроить федеральную дистрибуцию — вы не можете возить на большие расстояния скоропортящийся продукт, один килограмм которого стоит 50 рублей.

Milknews: Вы объездили большое количество ферм и предприятий, набираясь и перенимая опыт. Сколько времени это заняло?

Матвеев: Я и моя команда посетили более 450 ферм в Америке и почти столько же в Европе. Кроме того, разбираясь в вопросах производства сыра, мы посетили еще более 400 предприятий в Европе. Это заняло годы. Мы совершили 10 поездок в Америку общей длительностью более полугода — в день посещали по 2-3 фермы.

Milknews: Какие у вас сейчас планы и проекты, ожидающие реализации?

Матвеев: Мы развиваемся в трех направлениях: производство сыров, молока, овощей. Основные и самые крупные инвестиции будут направляться в производство молока — на одно стойло-место необходимо инвестировать порядка $10 000. Если мы строим ферму на 4300 голов, то инвестиции должны составить $43 000 000 минимум. Кроме того, ещё нужно инвестировать в содержание тёлок, но тут меньше: порядка $3000-4000.

Milknews: Почему такая высокая цифра? Минсельхоз оценивает ниже.

Матвеев: Минсельхоз оценивает, что называется, среднюю температуру по больнице. Вы можете разместить коров на матах, а можете разместить их на сепарированном навозе, на подстилке или на песке. Мы будем размещать скот на песке, потому что это самая комфортная среда для коровы. Если вы выбираете такой же путь, вы должны инвестировать порядка $5 000 000 в сепарацию песка. Конечно, можно обойтись матами и не инвестировать вообще ни во что, но мы считаем, что песок даст дополнительно 2-3 литра молока на корову. Если у вас 4600 коров и из них 3600 дойных, что такое 2-3 литра? Это 10 тонн молока в день, а в год это 3,5 тыс. тонн. Оправдывает ли это затраты? Допустим, при цене на литр в 25 рублей это даст дополнительных 87 млн рублей.

Новые инвесторы приходят и ведут себя так, как мы в 2007 году:

—       У вас есть проект?
—       Да, у нас есть проект.
—       Дайте нам проект.
—       Ну хорошо, вот вам проект.

Сейчас я уже могу сказать, где мы сэкономили зря, где мы недоинвестировали. Первый пример, как я уже рассказал — вопросы содержания скота. Второе — это доильный зал, здесь вообще нельзя ни на чём экономить. Надо сделать так, чтобы корова хотела идти в доильный зал и ей там было комфортно. Третье — работа с навозом, лагуны должны быть гораздо больше, нужно, чтобы всегда был запас. К лагунам нужно относиться как к деньгам. Надо относится к навозу как к удобрению, а не как к отходам,  это — “чёрное золото”. Если вы с ним правильно работаете, вы будете покупать меньше минеральных удобрений.

Всего мы предполагаем построить за ближайшие десять лет порядка 14-16 комплексов. В следующем году мы построим первые два, и через два года еще два. Мы предполагаем, что это будет либо здесь, либо в каком-то из соседних регионов.

Перед вами сидит жертва санкций

Не так давно в отраслевых СМИ начали появляться новости о том, что великолукский агрохолдинг “Кабош” собирается расширяться и открыть несколько мега-ферм в Смоленской области. ГК “Кабош” – один из крупнейших агропромышленных холдингов полного цикла на Северо-Западе страны, именующий себя главным производителем сыров терпеливого созревания.

Milknews отправился в Великие Луки и взял большое интервью у председателя совета директоров ГК “Кабош” Дмитрия Матвеева, чтобы узнать всё о сырах, новых проектах, молочном рынке и скандалах с властью.

Про мини ПК:  Трансферный принтер купить и тату-принтер
Оцените статью
Карман PC
Добавить комментарий